Tags: дождь

Что внутри у Сергея Минаева?

1

Одно из главных качеств хорошего журналиста-интервьювера — способность идентифицировать слабое место собеседника, его рубцующуюся рану — и прожать ее до конца. Так, чтобы рубец разошелся и полилось красное. Интервируемый будет извиваться как уж на сковороде, вилять хвостом, подменять понятия, соскакивать с темы, что угодно — надо беспощадно ЖАТЬ до конца, не сбиваясь с курса. Примерно так действуют американские адвокаты, умело доводя жертву до изголодавшихся по правосудию присяжных.

— А это правда, что вы гладили мальчика по попе?
— Знаете, я бы не стал комментировать неподтвержденную фотографию, к тому же, как известно, моим политическим конкурентам свойственно...
— Ответьте, пожалуйста на вопрос — гладили мальчика?
— Я отвечаю — данные факты вырваны из контекста и как минимум преувеличены...
— Не уходите, пожалуйста, от ответа. Гладили его по попе или нет?
— Для начала хорошо бы определиться с терминами. Ведь что такое, например, «гладить»? Считается...
— ГЛАДИЛИ ИЛИ НЕТ? ОТВЕЧАТЬ!
— ВЫ НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЕТЕ! ОН САМ КО МНЕ ПЕРВЫЙ ПОЛЕЗ! И ВООБЩЕ МЕНЯ В ДЕТСТВЕ БИЛИ!

Бинго!

Это неплохо получалось у Татьяны Толстой и Дуни Смирновой — правда, они начинали хамить и выходили за рамки журналистской этики, то есть вместо хирургического скальпеля действовали перфоратором.

Ну а Ксения Собчак, конечно, таким журналистом не является.

Казалось бы, на телеканале «Дождь» свобода и glasnost, можно говорить что угодно — так почему бы не довести вальяжно закинувшего ногу на ногу Сергея Минаева до легкой истерики, да что там — хотя бы заставить его покраснеть? Типа, юноши с вывороченными кишками по асфальту ползают, а ты здесь в фиолетовых носках ерничаешь. Так должны вести интервью профессионалы, работающие на телеканале с крайне низким рейтингом.

Тем не менее, интервью получилось интересным и знаковым, и в этом смысле, конечно, «Дождь» в тысячу раз смотрибельнее федеральных телеканалов, где в перерывах между конкурсами пения и соревнованиями экстрасенсов показывают лишь Владимира Соловьева, бурно восхищающегося самим собой среди невнятных и скучных и.о. политиков.

Надо сказать, что я отношусь к Сергею Минаеву с большой симпатией. В свое время он написал неплохое подражание Брету Истону Эллису, затем (благодаря Константину Рыкову) прочухал тему с государственными бюджетами на пропаганду и завертелось-понеслось. Сергей не только признается в том, что работает пропагандистом, но и официально — как сотрудник государственного телеканала и персона, приближенная к власти, — заявляет о наличии в РФ цензуры, запрещенной Конституцией. Не то чтобы кто-то сомневался в ее наличии, но важен сам прецедент. Когда даже не пытаются скрыть — это, конечно, уже другой уровень управления и отношения к избирателю.

Сергей Минаев — это вершина карьеры провластного журналиста и медийщика, то есть эрудированного человека с широким кругозором, но без специальных знаний («гуманитарий»), который осознанно решил стать адвокатом дьявола, получая удовольствие не только от денег, но и от процесса. Сергей Минаев — это то, к чему хотят придти все эти Багировы, Апетьяновы и Шевяковы. Обычный московский менеджер стал вначале успешным бизнесменом, а затем медиа-проводником кремлевской повестки, приближенным, «своим». И интерес Минаев как герой нашего российского времени вызывает именно этим, вопрос тут может быть только один — «Покажи, что у тебя внутри».

Собчак в силу своего происхождения и положения этого, конечно, не поняла, и задавала типичные вопросы, ответы на которые заранее известны — «геополитические игры», «за Россию взялись», «геополитическое противостояние», «вы делаете то же самое, только но другой стороне».

А вообще интервью посмотрите — после концовки создается впечатление, что двое сейчас зайдут в гримерку, разложат по дороге, втянут, вотрут, посмотрят друг на друга остекленевшими глазами и громко рассмеются. «Хороший получился эфир».